Ситуация вокруг МКБ получила продолжение на фоне изменений в банковской инфраструктуре
История со сбоями Московского кредитного банка получила новое продолжение. Теперь вопрос стоит уже не только о том, почему у клиентов периодически пропадает доступ к операциям, а о том, кто вообще контролирует инфраструктуру, от которой зависит работа банка.
По словам источника на финансовом рынке, часть сентябрьских ограничений МКБ могла возникать на уровне расчётных контуров, которые банк не способен самостоятельно включить или отключить. Собеседник связывает это с повышенной нагрузкой на систему после того, как в Москве вырос спрос на наличные.
Отсюда и появилась новая позиция внутри банковской среды: если ограничение вводится выше уровня конкретной кредитной организации, требовать от неё самостоятельного восстановления всех операций бессмысленно. Именно поэтому клиентам МКБ, которые долго не могут провести платёж или получить доступ к отдельным сервисам, предлагают направлять обращения в том числе в Центробанк.
Для москвича такая схема выглядит гораздо проще. Он открывает приложение МКБ, видит ошибку и считает ответственным свой банк. Клиента мало интересует, где именно остановилась операция — внутри самого МКБ, на межбанковском участке или дальше по расчётной цепочке. Ему необходимо получить доступ к собственным деньгам здесь и сейчас.
В самом банковском секторе ситуация воспринимается иначе. Источник утверждает, что МКБ оказался между клиентами и инфраструктурными решениями, которые могут приниматься уже за пределами банка. Поэтому внутри рынка ответственность за продолжительные ограничения всё активнее переводят с технических подразделений отдельных банков на уровень регулятора.
Такой спор возник не на пустом месте. К концу сентября повышенный спрос на наличные стал отдельной проблемой для банков. Одновременно на 25 сентября структурный дефицит ликвидности достиг 3,07 трлн рублей, а требования Центробанка к кредитным организациям составляли 6,85 трлн рублей.
На этом фоне конфликт вокруг МКБ приобретает другой смысл. Банк отвечает перед клиентом за перевод, счёт и приложение, однако источник утверждает, что часть решений, влияющих на доступность этих операций, могла приниматься на более высоком уровне.
Получается замкнутая ситуация: москвич требует вернуть нормальный доступ к деньгам от МКБ, а связанные с банком участники обсуждения переводят претензии выше — к Центробанку. И если эта версия закрепится внутри рынка, следующий спор будет уже не о том, почему очередной раз не открылось приложение, а о том, кто фактически принимает решение ограничивать банковскую инфраструктуру.